На днях подумал, что из магазинов пропали 3-х литровые банки. В эпоху моей молодости в этой таре продавали всё, что можно себе представить. В них плескался берёзовый сок, который пропал вместе с банками, видимо, он в другой таре не может жить. В этом же количестве продавали маринованные помидоры, зелёные и твёрдые. Томатный сок тоже очень хорошо расходился в банках на три литра. Куда всё это девалось?
Трёхлитровая банка была символом восьмидесятых годов, может и других, но я этого не помню. В них практически во всех домах мариновали огурцы и помидоры, закатывали компоты и прятали самодельное вино. Молоко покупалось тоже трёхлитровыми банками. Все погреба были заставлены этими банками, а под кроватями они же звонко блямкали боками, подпрыгивая на играющих досках пола. Может и в магазинах эти банки раскупались не столько из-за содержимого, сколько из-за возможности иметь вожделенную посуду, которая в любой семье выполняла массу разнообразных функций.
Почему именно три литра были мерой счастья, достатка и уверенности в завтрашнем дне? На мой взгляд всё очень просто. Разберём всё по пунктам.
Советская промышленность постоянно искала возможности снизить издержки производства. Один типоразмер бутылки для безалкогольных напитков, один типоразмер для водки, одна банка для сока, одна банка для томатного соуса. При наличии жестко заданного небольшого ассортимента тары легко планировать логистику: небольшое количество наименований ящиков для хранения и транспортировки, не нужно постоянно перенастраивать конвейеры, даже этикетки все стандартные. Но почему именно 3 литра и 0.75 литра?
Три литра — для семьи, 0.75 — для быстрого перекуса в одиночку или под водку в пятницу, на троих. Вы не ослышались, три литра — именно для семьи. Может сейчас это кажется сказкой, но ещё тридцать лет назад семьёй называли не три человека, а пять семь или даже десять человек. Да-да, раньше были большие семьи. Одновременно в одном доме жили бабушки и дедушки, мамы и папы, внуки и внучки. Теперь представьте себе развитие событий, если одновременно человек восемь решать попить сок, а может им захочется маринованных помидорок с жареной картошкой. Всего по паре стаканов сока и всё, банка закончилась, три помидора — тоже не предел возможностей человека.
При таком семейном составе даже более большая банка не была бы невостребованной. Пятилитровую банку на взлёте остановила советская женщина. Она просто не могла тащить сумки с этими банками. Вечером после работы очередной шоппинг заключался в покупке нескольких видов продуктов и здоровые пятилитровые банки не получили заслуженного признания из-за ограниченной грузоподъёмности человека.
Вот и получается, что именно три литра в стеклянном исполнении стали движущей силой общества не на один год. Сейчас это нереально. Даже кетчуп чаще всего продаётся в маленьких упаковках. Это понятно, сейчас нет семей под пятнадцать человек, да и в магазине есть почти всё, что нужно. В принципе, человек начинает получать желаемое, собственное жильё. В условиях современного стремления к индивидуализации трёхлитровая банка представляет собой полный анахронизм.
Человек не нуждается в стеклянной таре повышенной ёмкости, он стремится к одиночеству. Это является современной тенденцией. Это называется сохранением права на личную жизнь, я не против. Просто всегда окружающая действительность приходит в соответствие с потребностями и возможностями. Это закон.
Но вполне может быть, что именно это и позволяет быть приятным воспоминаниям. Если бы ничего никогда не менялось, зачем бы нужна была память? Остаётся радоваться, что квартирный вопрос понемногу начинает решаться.
Д.Мусатов
Дмитрий Мусатов,