Поздно или рано все уходят на пенсию. Комиссар Мегрэ не исключение. В один прекрасный момент он стал просто пенсионером. Поменял кабинет на домик в деревне и стал делать вид, что именно это ему и нужно. Всеми силами он пытался изобразить полное безразличие к своей уже прошлой работе, но при первой возможности бросается в очередное дело. Такой же врун, как и все.
С новым делом всё непросто, у Мегрэ нет былого административного ресурса, да и занесло его в Нью-Йорк. Вы думаете это помешает ему разобраться с этим делом? Как бы не так! Разобрался, да ещё и приговоры всем вынес. Вот такой вот молодец. Или нет? Кто такой, этот отставной комиссар, чтобы определять судьбу других людей?
Устраивать правосудие по-своему у Мегрэ стало привычкой ещё во времена своего комиссарства. Кого-то простить, кому-то дать ещё один шанс, кого-то уничтожить — это довольно просто, когда именно ты определяешь, что озвучить суду, а что нет. Но правильно ли это? Находясь на государственной службе ты обязан выполнять предписанную тебе объективность, государственный служащий обязан исполнять правосудие не по собственному усмотрению, а по закону. Не находясь на службе человек вообще не имеет права выносить приговоры и определять дальнейшую судьбу человека. Но у Мегрэ всё по-своему, делает что хочет и как хочет.
В Нью-Йорке он определял право на жизнь очередной порции людей. Сложные отношения родственников и бывших друзей привели к тяжёлому результату, но наказаны были далеко не все. Мегрэ определил круг виновников и невиновных. На своё усмотрение.
Книга написана в обычной манере, но есть в ней нечто неприятное. Для читателя фактов для размышления оставили совсем мало. Собственные выводы в расследованиях комиссара вообще сделать трудно, а в этой книге невозможно. Всё происходит в голове одного человека, а нам рассказывают только о том, куда он ходит и как завтракает. На мой взгляд книга совсем неудачная. Идея о самосуде, как единственном способе жизни, порочна, фактов для размышлений читателя нет, повествование сводится к описанию перемещений одного человека. В конце книги у меня было полное разочарование.
Дмитрий Мусатов,
