Графоманский сайт

«Графоманство» —

Тренер всегда виноват

Логика, вот что должно быть основой рассуждений человека, в том числе и в спорте. Возьмём, к примеру, хоккей или футбол. Когда награждают команду медалями, говорят о победе игроков. И тот хорош, и этот гениально стоит в обороне. Всех переберут по очереди и только после окончания всех игроков перечислят достоинства тренера.

А как ведут себя комментаторы при проигрыше? Начинается всё с тренера. И замены он неправильно делал, и подготовка к сезону была ни к чёрту, а уж про подбор наших легионеров за рубежом и говорить не приходится. А ребята молодцы, старались как могли, аж на уровне сборной учащихся Школы олимпийского резерва Пензы.

Кто-то обращает на это внимание? Все! Все с этим согласны. И так не только в спорте. Классический подход основной массы граждан. Когда всё хорошо — все чувствуют свою причастность к празднику. Каждый пытается осмыслить свой вклад в общее дело и разглядеть максимальное участие. Когда всё плохо — желающих разделить участь неудачника нет. Все стремятся минимизировать своё участие или даже свести его на нет. Но ответить кто-то должен. Значит, нужно назначить кого-то из тех, чья роль в процессе не очевидна.

В спорте это тренер. Он же по площадке не бегал, в воротах не стоял. Вот он-то и виноват. Его роль темна и загадочна. Чего он там на тренировках делает, о чём думает между играми? Всё это непрозрачно, вот пусть он и отвечает за всё. Помните сцену охоты за коровой в фильме «Особенности национальной охоты»? Вся сцена целиком и полностью срисована с реальной жизни. А ещё всем почему-то кажется, что все тренеры получают совершенно фантастическую зарплату. Тоже аргумент.

Человек весьма охотно примеряет лавры победителя и очень неохотно готов отвечать за неудовлетворительные результаты. На этом построена вся психология поведения человека. Очень хочется иметь зарплату начальника, но чтобы без всей его ответственности за принятие решений. На таком фоне люди, готовые взять на себя ответственность за других, имеют много шансов на карьерный рост, особенно если они не претендуют на повышение зарплаты.

Но в любом случае работа тренера или руководителя является некой загадкой для основной массы непосвящённых. Работа игрока на поле ясна и понятна, она вся перед глазами и очевидна. Работа тренера проходит без камер и без полного стадиона зрителей. Очень много работы у него проходит в голове и посмотреть на это в принципе невозможно. Узость мышления не позволяет увидеть то, что не очевидно, а подозрительность и зависть дополнят картину для полноты желания освистать и проклянуть.

Ничего с этим поделать в среднесрочной перспективе невозможно, как невозможно изменить сущность человека. Виноватым останется не виноватый, а более всего подходящий на роль виноватого в глазах человечества. Справедливость и правосудие по сей день совершенно ни одно и то же. Логика используется только для доказательства собственной непричастности. Бедные тренеры. Впрочем, не очень-то они и бедные...

Дмитрий Мусатов,

Эволюция или революция

Наша страна пережила этап стремительного развития. Выбравшись из развитого социализма, мы обнаружили, что мир ушёл далеко вперёд. Наш образ жизни, предметы быта, телефоны соответствовали тому, что было лет тридцать назад у буржуинов. Поток всего новомодного хлынул в нашу страну.

Такое бывало не раз. Закрытое много лет общество открывает двери окружающему миру и узнаёт всё то, что есть интересного и полезного вокруг. Любое закрытое общество обречено вариться в собственном соку и отставать в развитии от конгломерата стран внешнего мира. Изоляция тормозит развитие. Человек ленив и не будет работать больше, чем нужно. Закрытое общество ограничивает поле зрения во имя благих целей. Развитие тормозится. Нет смысла гнать вперёд, если впереди всё то же, что и сейчас. Конкурировать не с кем и незачем. Цели устоялись и не подлежат пересмотру. В таких условиях ускорение сменяется замедлением, развитие сменяется застоем. С одной стороны неплохо, общество стабильно и нет причин для волнений, нет причин заглядывать в будущее, там то же самое, что и сегодня.

Но вот общество готово интегрироваться в окружающийся мир и открывает двери гостям и новшествам. Сначала появятся далеко не новые предметы. Это будет что-то ненужное в окружающем мире. Он будет избавляться от ненужного. Это логично, это ненужное обходится дёшево, а в недавно открытом мире это вполне может вызвать фурор. Там-то такого отродясь не видывали. Первая партия сдана, пошла вторая, уже того, что почти ненужно, потом третья волна того, что ещё может пригодиться. Склады стремительно очищаются от залежалого хлама, рынок только что открытого мира насыщается и наступает пора, когда на новом рынке начинают продавать то же самое, что и везде.

В только что открытом мире всё это может вызвать эйфорию: прогресс идёт семимильными шагами. За несколько лет сменилось несколько поколений телефонов и кофеварок, за несколько лет сменилось поколение кровельных материалов и ручного инструмента. Некоторые граждане даже рискуют совсем пропустить некоторые вехи развития общества, если не будут следить за этим специально.

Что это? Эволюция? Скорее революция. Никого последовательного развития нет. Смена материалов и предметов определяется не потребительскими качествами и необходимостью. Смена поколений определяется случайно. Всё зависит от того, кто из торговцев внешнего мира первым забредёт на рынок. У граждан может сложиться впечатление, что жизнь может стремительно меняться к лучшему очень быстро и без всяких усилий с их стороны. За это время вырастает целое поколение, которое привыкает к стремительной смене времён и технологий. Оно ничего не делает, просто смотрит вокруг и блаженно улыбается. Но поздно или рано всё приходит в равновесие и прогресс становится медленным и зависящим от собственных усилий. Общество удивляется и не знает, что ему делать. Старые идеалы развеяны по ветру, а новых нет, всё как-то шло само собой.

В этот момент было бы весьма кстати озвучить новые цели и идеалы. Для этого нужно было ещё лет десять назад кому-то озаботится их поиском. Если такого добровольца не было, то беда, быстро найти такие цели не получится. Общество начинает метаться из стороны в сторону, прислушиваться то к одному пророку, то к другому. Общество готово подхватить любую идею, но, как правило, все предлагаемые цели не имеют глобального масштаба и предназначены для какой-то части общества, для садоводов или монархистов. Они быстро надоедают и не могут охватить всё население. На фоне всего этого происходит болезненный процесс поиска национальной идеи.

Каков вывод. Стремительные скачки развития общества скорее всего ни к чему хорошему не приведут. Революция, которая заменила эволюцию, не сможет облагодетельствовать общество, но сможет развалить всё то, что уже было, ничего не дав взамен. Кроме нового телефона. Кстати, это тоже неплохо, заменить национальную идею смартфоном.

Дмитрий Мусатов,

Зачем нам нужен суд присяжных

Иногда мне приходится слышать словосочетание «суд присяжных». Редкие напоминания могут привести к длительным раздумьям. Что такое — суд присяжных и для чего он нужен. Рискну предположить, что это довольно странный атрибут правосудия.

Основой суда присяжных являются обычные граждане. С большой долей вероятности можно предположить, что в их составе не окажется профессионального юриста. Таким образом решение, с очень большой долей вероятности, будет приниматься на уровне «нравится-не нравится». А как же иначе? На что ещё опираться человеку, когда он не имеет ни малейшего представления о предмете обсуждения? Перед ним раскладывают улики, свидетели дают показания, кругом факты и выводы, основанные на законах и указах. Но что это даёт человеку из состава присяжных? Ничего. Он знать не знает законов и тонкостей трактования, он не склонен искать прецеденты, он исходит из простых вещей: верю-не верю, нравится-не нравится.

Такой вот простой человек занимается правосудием. Такой вот простой человек смотрит на подсудимого и решает, сидеть тому в тюрьме или нет. Представьте себе, что подсудимый — человек неприятный во всех отношениях. Он не красив физически, да что там, он просто уродлив, он уже отсидел срок и не имеет постоянного места работы, как-то его застукали, когда тот лупил свою жену, а уж изменял он ей постоянно. И вот его обвиняют в убийстве или краже. Что должен чувствовать добропорядочный обыватель, увидев подобного персонажа? Я совершенно не уверен, что присяжные будут думать только о объективности и справедливости.

Кто-то может вспомнить своего первого мужа, который украл лучшие годы жизни, кто-то — про шурина, который постоянно напивается, попадает в неприятную ситуацию, а после просит денег на адвоката взаймы и никогда не отдаёт, да мало ли что ещё можно вспомнить, слушая о злоключениях других людей. Находясь в мире рассказов о всяческих неприятностях, трудно думать о чём-то светлом и чистом. Улики в крови и слёзы свидетелей непременно натолкнут на мысли о правосудии и необходимости непременно наказать зло. А тут, пожалуйста, сидит крайне неприятный тип со всеми признаками антисоциальности. Если даже (что предположить практически невозможно) он и не виновен именно в этом конкретном рассматриваемом преступлении, то уж наверняка наделал множество других преступлений, за что и должен быть наказан. Логично, правда?

При этом присяжный не несёт никакой ответственности за своё решение. Чтобы он не решил, все последствия остаются только на его совести. Профессиональный судья занимается правосудием профессионально, следовательно его непрофессиональные решения могут быть предметом рассмотрения и привлечения к ответственности. Судья, как и любой профессионал, несёт ответственность за свои решения, а вот присяжного привлечь за его страхи или зависть никак невозможно. Вот я и думаю, насколько человек захочет доверить удаление аппендицита случайному прохожему? Почему же можно доверить жизнь человека случайному прохожему в суде? В чём принципиальная разница? Я разницы не вижу.

Мне кажется, что суд присяжных никак не может рассматривать дела, где наказанием может быть смерть или большой тюремный срок. Именно по той же причине, что и невозможность доверить операцию в больнице случайному прохожему. Риск эмоционального основания в принятии решения о судьбе другого человека нужно пытаться свести к минимуму, а никак наоборот. А суд присяжных — прямая дорога к эмоциям от логики и здравого смысла.

Дмитрий Мусатов,

Автомобиль из интернета

Некоторые компании всерьёз рассматривают возможность реализации автомобилей через интернет, весьма забавно.

Я с трудом могу представить себе подобное. Покупка автомобиля состоит не только из конфигуратора для определения цены, покупка автомобиля прежде всего состоит в возможности посидеть за рулём и пощупать обшивку сиденья. Я до сих пор очень ограниченно пользуюсь интернет-магазинами. Прежде всего, эти магазины привлекают ценой. Это их основное назначение. Если есть возможность сэкономить некоторое количество рублей, то почему бы этим не воспользоваться. При этом я предпочитаю сначала осмотреть свою предполагаемою покупку живьём. Это касается телефонов, бритв и прочих предметов для жизни. Я предпочитаю осмотреть всё, что дороже 1000 рублей. А тут мне предлагают потратить миллион не знамо за что.

Мне нравится выбирать себе автомобиль. Можно потратить сотни часов выбирая автомобиль в интернете, но всего 1 минута в этом автомобиле может перечеркнуть все теоретические выводы и предположения. Форма сидений, расположение кнопок управления и обзорность с водительского места — каждый из этих критериев и множество других могут повлиять на решение совершить покупку. Первый свой новый автомобиль я купил совершенно неожиданно. Посмотреть его я приехал в самую последнюю очередь, на всякий случай, но посидев в нём я уже не мыслил других вариантов.

Можно, конечно, представить себе, что сначала я посмотрю и пощупаю всё живьём, а после куплю в интернет-магазине дешевле, но… Суть-то наверняка в сокращении издержек и в первую очередь издержек на содержание огромных выставочных павильонов. При открытии интернет-магазинов выставочные залы наверняка начнут ликвидировать как класс.

Каков же ответ на вопрос, есть ли будущее у продаж автомобилей через интернет? Есть, если только его стоимость будет сопоставима со стоимостью телефона. Если не понравившийся автомобиль можно будет просто выбросить на помойку без сожалений и суеты. Или если все автомобили станут совершенно одинаковыми и выбор будет чисто номинальным, просто выбор шильдика на решётке радиатора. Но что-то мне подсказывает, что именно этот вариант будет ещё очень не скоро.

Посмотрим, что может получиться из идеи продавать автомобили через интернет. Мне она кажется нежизнеспособной. Я по-прежнему буду ходить по автосалонам. Мне интернет не сможет заменить визуальные и тактильные ощущения.

Дмитрий Мусатов,

Выходной на даче 07 ноября. Первый лёд.

Прекрасная пора, только немного холодно. Потому, что мороз.

Закончился сезон купания. Воду с прудов спускают. Не знаю зачем, но выглядит интересно.

Теперь никому и в голову не придёт прыгать с мостков.

Берег стал неожиданно широким. Лодки стоят на берегу. Летом на них катались отдыхающие. Теперешним рыбакам они ни к чему.

Это в городе тепло и сыро, а в лесу — зима. В городе температура ночью была в районе нуля, а в лесу — минус семь. Пруд замерзает. Практически вся поверхность покрыта льдом, который не тает днём.

Домики стоят одиноко, в ожидании следующего лета. Скоро зима.

Ноябрь 2015.

Дмитрий Мусатов,